Стихотворные тексты из архива общества «Зеленая лампа»

 

№ 15, л. 1—2 об.

  • Я. Н. Толстой.
  • «Завѣщаніе» («Скупое провидѣнье…»).
  • Беловой автограф.
  • На л. 1 под заглавием запись острым предметом (или острым ногтем) (рукой Н. В. Всеволожского?): «Члена Толстаго» (ср. с № 10, № 13, № 16 и № 39).
  • На л. 2 об. (в перевернутом положении листа) помета рукой Н. В. Всеволожского (?): «Au membre P. Dolgorouky».
  • На л. 1 помета карандашом рукой Б. Л. Модзалевского: «Я. Н. Толстого».
  • Описано с пагинацией «л. 29—30»: Модзалевский, с. 7—8 (с. 14).
  • Напечатано (с отличиями от автографа): Толстой, с. 104—108.

 

           Завѣщаніе

Скупое Провидѣнье,
Дни кратки намъ дало;
Къ томуже въ ихъ теченье
Ядъ скорбей прилило.
Едва откроетъ очи
Для свѣта человѣкъ,
И близокъ къ жизни ночи,
И зритъ могилы брегъ;
Не зная наслажденій
Онъ_блекнетъ какъ_цвѣтокъ;
Слабѣетъ пылкій Геній
И мерзнетъ жизни токъ.
Ахъ, скоро злая Парка
Дни наши допредетъ <sic!>.
По Стиксу рѣетъ барка,
Сѣдой Харонъ насъ ждетъ;
И я, изнемогаю;
Смотрите, — какъ изсохъ,
Гляжу — и восхищаю
Въ_душевной скорби: охъ!
Давно велѣньемъ Крона
Сѣдаго удальца,
Мой свѣжій цвѣтъ лица,
Въ_цвѣтъ желтаго лимона,
Давно ужъ превращенъ!
Уже рукой судьбины
Мой образъ испещренъ;
Волнистыя морщины
Начертаны на лбу:
Какъ въ осень листъ трясуся,
Въ_бесѣдахъ не резвлюся;
Кляну свою судьбу;
Страданіемъ жестокимъ
Лишенъ я нынѣ силъ:
О, еслибъ краснощёкимъ
По днесь еще я былъ!.....
Но, съ трепетомъ душевнымъ
Гляжу въ_безвѣстну [далъ] даль;
Съ закатомъ ежедневнымъ,
Взываю къ солнцу: «Жаль!
Жаль ясное свѣтило!
Что_рано погасило
Свой пламенникъ въ волнахъ;
Ужъ вѣчность поглотила
Еще денёкъ — и ахъ!
Подземные Перуны
Гремятъ въ близи отъ насъ!
О, скоро грянетъ часъ!
Простите Нимфы юны,
Прелестницы мои!
Бесѣды коловратны,
Напитки ароматны,
Шампанскаго струи;
И ты, о чудо наше!
О Момій нашихъ_дней,
Никита Стукодѣй!
Твоей обширной чашѣ,
Поклонъ, въ послѣдній разъ:
Доколѣ на закрою
Своихъ на вѣки глазъ;
Пускай она со мною
И тѣшитъ слабый взоръ
А онъ, пусть соловѣетъ,
Доколѣ не истлѣетъ,
Злымъ Паркамъ въ перекоръ. —
Пусть сдѣлаюсь обращикъ
Усопшаго въ винѣ;
Тогда, Шампанскій ящикъ
Послужитъ гробомъ мнѣ!
Не звоны колокольны;
Но_рюмокъ громкій стукъ;
Нѣтъ, строи богомольны
Не надобны вокругъ:
Тамъ, факель погребальный
Горящій будет ромъ;
Трикраты ковшь прощальный
Обыдетъ [насъ] васъ_кругомъ:
На мѣсто изголовья
Бутылки положу.
Но_вотъ_еще условья
Друзья! — я васъ прошу:
Когда положатъ тѣло
Мое, на вѣки спать:
Воспойте Гимнъ веселой,
Нѣтъ нужды вамъ рыдать;
Къ чему вамъ черны ленты,
И флеръ, и постный взглядъ?
Къ чему такой нарядъ?
Хотитель монументы
Воздвигнуть для меня?
Прошу я васъ, друзья!
Вы трауры [оставте <?>] оставьте:
Но кубокъ коимъ Вакхъ
Гордилсябъ на пирахъ
Наполнивши, [поставте <?>] поставьте
На холмѣ гробовомъ.
Тогда, я вѣчнымъ сномъ
Покойно наслаждуся
И можетъ превращуся
Въ_Шампанскіе пары. —
Тѣмъ кончатся пиры,
Театры, маскерады
И танцы по баламъ;
Попрячутся Дріады
По_рощамъ и_дупламъ.
И вы, мои Цирцеи,
Союзницы вина!
И розы, и лилеи,
И персей бѣлизна,
И взоры ваши страстны,
И алыя уста,
Кончины въ часъ ужасный,
Потухнуть — какъ мечта!
Что розовы букеты[,]?
Что славы блескъ и громъ?
Все рухлые предметы
Въ вертепѣ гробовомъ!
Покой всего дороже.
И такъ, друзья! — по что же
Вотще тревожить прахъ
И мучаться въ слезахъ? —
Но если мимоходомъ
Случится (можетъ_быть)
Веселымъ хороводомъ
Близъ гроба проходить:
Друзья! вы бросьте взгляды!...
Гдѣ трупъ мой прогребутъ,
Тамъ миртъ и винограды
На вѣрно расцвѣтутъ.